О языках

  ***  

У меня зазвонил телефон, мой чёрный уже устаревший айфон. С ним это редко случается. Обычно он молчит, принимая звонков пять за месяц, а то и меньше. Каждая его продолжительная и выдержанная в определенном ритме вибрация меня настораживает. Номер определился - шведский. Моя настороженность выросла вдвое. Я нажала "Ответить", приложила телефон к левому уху и стала молчаливо вслушиваться. Втайне я надеялась, что на том конце несуществующего провода поймут, что совершили ошибку, набрали неверный номер и, воспользовавшись инициированной мной паузой, ретируются. Мы еще немного помолчали вместе, пока я не решилась сказать что-то среднее между "Hi!" и "Hej!", то есть "Привет!". (До недавнего времени, оказавшись в подобных неудобных ситуациях один на один с неизвестностью, я произносила: "Алло!" - чтобы там сразу понимали, с кем имеют дело.) Женский голос, стремительно набирая скорость, заговорил со мной по-шведски. Уловив знакомое слово "arbetsförmedlingen", я поняла, голос - из службы занятости. В первой же паузе я пыталась объяснить, что языком Астрид Линдгрен не владею. Но голос был настойчив и не отступал.

Мы проговорили шесть минут. Шесть минут на шведском. Шесть минут на шведском по телефону. Без использования английского и спасительного языка жестов. Меня поняли, и я всё поняла. Маленький шаг для человечества и гигантский прыжок для человека.

***

В большом компьютерном зале школы разговаривали двое мужчин. Того, который постарше, я знаю - мы занимались какое-то время в одной группе. На вид ему ближе к 60, он из Ирака, а в 80-е учился в московском вузе. Второго я много раз видела, но познакомиться случай не представился. Внешность у него тоже восточная. Уловив одно, другое, третье слово, я стала откровенно подслушивать. Они разговаривали на неродном для обоих языке. Обсуждали правила дорожного движения: как вести себя на перекрестках разных типов; как правильно снижать или набирать скорость, когда того требуют знаки; как вести себя, если остановит полицейский.

Один собирал предложения медленно, подбирая и вытаскивая из памяти правильные слова. Другой был бойчее и увереннее. Оба не всегда склоняли существительные и почти никогда не спрягали глаголы. Но главное, понимали друг друга. Они говорили на русском.

***

А тем временем на улице весна полным ходом. Днём температура ниже ноля не опускается, и, как в песне, к нам первые крылья вернулись. На вербах - почки.

На дорогах - лужи.



Вдоль дороги - чёрно-белые кучи того, что недавно было снегом, оставшиеся после внезапно сбежавшей зимы.



И всё чаще под ногами - асфальт.

Шведский язык: то ли плакать, то ли смеяться

Есть в шведском слово grinar. Вроде, ничего особенного, в шведском много слов. Но словарь утверждает, что для жителей южной Швеции оно означает смеяться, а для жителей центральной и северной Швеции - реветь.

Сколько Швеция заплатит мигранту за изучение языка?

На этой неделе я начала ходить в школу. По четыре часа каждый день, с понедельника по пятницу я занимаюсь шведским. Это специальные бесплатные курсы для мигрантов - SFI, Svenska för invandrare (Swedish for immigrants). Занятия начинаются каждый понедельник - ты просто подключаешься к уже существующей группе, в которой и те, кто начал только сегодня, и те, кто завтра будут писать финальный тест.

SFI существует на деньги налогоплательщиков, поэтому здесь следят за посещаемостью: нужно писать в общей тетради время, когда приходишь, и не пропускать - за две недели прогулов отчислят.

Программа SFI предполагает три варианта изучения языка: SFI 1, SFI 2 и SFI 3. Везде проходят примерно одно и то же, и итоговый результат должен быть один, основное различие - в скорости. Какой вариант обучения шведскому выбрать, зависит от предыдущего образования. SFI 1 подходит тем, кто совсем нигде не учился, не умеет читать и писать (не на шведском или английском, а на своем родном языке). SFI 2 - для тех, кто закончил среднюю школу. SFI 3 - для тех, у кого есть и школьное, и университетское образование. 

Я не сразу поняла, что в группе SFI 1 занимаются не только дети, которые по тем или иным причинам переехали в Швецию и просто не успели пойти в школу в своей родной стране. Я не сразу поняла, что и в 30, и в 40, и в 50 лет можно не уметь читать и писать - из-за религиозных убеждений или политики государства. Когда приходится выживать, тут уж как-то не до алфавита.

Всё обучение - только на шведском. Я давно это знала, и мне не казалось это проблемой. "Ну, и что такого? - думала я. - Сейчас почти все языковые школы так работают, даже иностранцев приглашают, потому что русскоговорящий учитель в любой момент может дать слабину". Но оказалось, что это совсем не то же самое. В российской языковой школе в маленьком классе всегда найдется кто-то, кто понял то, что не понял ты, и тихонько переведет. На курсах шведского - мигранты из разных стран. Таиланд, Афганистан, Пакистан, Колумбия, Никарагуа, Турция, Сомали, Нигер, Китай, Чили, Ирак, Иран, Сирия... Мы говорим на разных языках, а шведский знаем так плохо, что вряд ли чем-то можем друг другу помочь. В первый день я поняла не больше 10 процентов.

Я сижу рядом с Далилой. Мы начали заниматься в один день. Она из Никарагуа, это в Центральной Америке, говорит только по-испански, каждый раз у нее новые большие серьги, цветные заколки и браслеты. Иногда, когда попадаются сложные предложения, она произносит понятное слово  "катастрофа" и спрашивает у меня на смеси испанского, шведского и языка жестов. Мне редко удается объяснить. Я первое время думала, мы примерно одного возраста, пока она не показала маленькую черно-белую фотографию в кошельке. Оказалось, у нее трое детей, а старшей дочери на вид лет 16-18. Ее семья осталась в Никарагуа. Что она здесь делает - я не знаю. Таких слов мы еще не проходили.

Чтобы у мигрантов было больше интереса изучать шведский, правительство недавно придумало SFI-бонус. Для его получения много условий, но главное - пройти всю программу меньше чем за год и получить оценку не ниже "удовлетворительно". Максимальный размер бонуса впечатляет - 12 тысяч крон (56 000 рублей). 

По составленному для меня плану я должна закончить курсы 31 августа следующего года. Это базовый уровень - с ним я смогу ходить в магазин, смотреть телевизор, немного говорить и писать о жизни.